Сможет ли Украина выиграть суд по делу о “кредите Януковича”

Предоставление российского кредита чуть более трех лет назад было фактической политической взяткой Кремля тогдашним обитателям Печерских холмов за лояльность.

Об этом сообщает Зеркало Недели.

И выплатить его государству-агрессору официальному Киеву не позволяет не столько сложное финансовое положение, сколько трагические события последних трех лет и активное участие России в них.

Но Лондонский суд опирается на факты, а не эмоции, и с большой вероятностью примет сторону РФ в данном споре. На уходящей неделе суд выслушал позиции сторон и удалился принимать решение, на что, как правило, требуется несколько месяцев.

Российский Минфин авансом празднует победу, так как уверен, что “приведенная ответчиком аргументация не выдерживает критики”. Украинский же пока упорно хранит молчание, не комментируя ситуацию и не отвечая на информационные запросы.

Хочется надеяться, что нечего сказать было только в отечественном информпространстве… Тем временем слишком трагично воспринимать ситуацию, пожалуй, не стоит. Ведь даже выиграв тяжбу, кредитор получит скорее имиджевые, нежели реальные дивиденды, на взыскание которых понадобятся как минимум годы. Так что считать вердикт не в нашу пользу катастрофой будет преувеличением. Напомним, 20 декабря 2013 г., когда в Киеве уже полным ходом шла Революция достоинства, украинский Минфин разместил на Ирландской фондовой бирже облигации на 3 млрд долл., которые тут же выкупила Российская Федерация за счет средств государственного Фонда национального благосостояния. Это был первый транш из обещанных 15 млрд. Эти деньги сразу назвали взяткой. В то время средний процент по внешним кредитам для Украины держался на уровне 7–12%, но для облигаций, купленных Россией, купон составил лишь 5% годовых. Уже тогда возникали вопросы относительно того, с чем связана такая скидка и почему сделка оформлена так странно: де-факто заем межгосударственный, но оформлен как обычный выпуск ценных бумаг, которые может купить кто угодно. Министр финансов РФ Силуанов на тот момент объяснял, что евробонды являются более защищенным инвестиционным инструментом, чем межгосударственный кредит.

Скорее же всего, сделка изначально оформлялась так, чтобы ее можно было трактовать по-разному, в зависимости от того, как будут развиваться отношения двух стран. А развивались они, мягко говоря, напряженно. Что, впрочем, не мешало уже новой послереволюционной украинской власти исправно обслуживать данный заем вплоть до декабря 2015-го. Более того, весной 2014 г. новый премьер Яценюк публично поинтересовался у РФ, когда она планирует выделение второго транша из обещанных 15 млрд.

То есть какое-то время уже новую власть “взятка” тоже вполне устраивала. Ситуация изменилась в корне после начала переговоров о реструктуризации внешних коммерческих долгов Украины. Тогда РФ было предложено примкнуть к клубу частных кредиторов, но она отказалась, заявив, что долг является суверенным, соответственно, условия его реструктуризации должны быть лучше, чем у коммерческих займов. И даже условия озвучила — отказ от выплат в 2015-м с последующей уплатой по 1 млрд в течение 2016–2018 гг. Такое “щедрое” предложение заинтересует только умалишенного, и украинская сторона продолжила настаивать на том, что долг является коммерческим. И если РФ не примкнет к клубу кредиторов, то потеряет шансы реструктуризировать бумаги, которые в шаге от дефолта.

Споры о том, суверенный или коммерческий этот заем, шли довольно долго, интриги вопросу добавляло участие Украины в программе Международного валютного фонда, который, как известно, с трепетом относится к суверенным долгам и на тот момент не сотрудничал со странами, допустившими по ним дефолт.

Так как долг, в угоду трендам, оказался гибридным, определить его статус должен был именно МВФ, а он, решая этот вопрос, постарался угодить всем и никого не обидеть. Долг был признан суверенным, а самому себе фонд разрешил кредитовать страны, не обслуживающие суверенные долги. Впрочем, эта уступка не означает, что российский кредит Украине разрешили не выплачивать. Фонд систематически напоминает нам, что от прогресса в данном споре напрямую зависит получение Украиной следующих траншей. Чтобы что-то терять, нужно что-то иметь Минфин Украины признает, что его позиция в основном основана на эмоциях и нежелании платить стране-агрессору. Там с самого начала считали, что если решение будет неокончательным и суд решит продолжить рассмотрение дела (еще 1,5–2 года), это и будет наша победа.

Если позиция нашего суверена так слаба, то стоит ли радоваться продлению разбирательства? Ведь проценты по кредиту продолжают расти, а сама позиция со временем лучше не станет. Впрочем, юристы смотрят на этот вопрос несколько иначе. “Логика затягивания процесса в определенных обстоятельствах может быть вполне оправданной. Во-первых, деньги всегда имеют цену во времени. Во-вторых, дополнительное время позволяет провести вспомогательные судебные процессы и получить решения, которые могут помочь в рамках основного процесса. Например, Украина инициировала ряд судебных процессов, чтобы доказать нарушение международного права со стороны РФ. Если международными инстанциями будет установлен факт агрессии со стороны РФ, то Украина может попытаться использовать такое решение в качестве преюдициального факта или даже просто в качестве психологического давления.

Судебные решения также могут использоваться, чтобы сделать невозможным или существенно осложнить будущее исполнение решения в определенных юрисдикциях на случай, если Украина проиграет иск, — объясняют адвокат Ирина Назарова и юрист Дмитрий Доненко из юридической фирмы ENGARDE. — В-третьих, дополнительное время — это возможность произвести поиск свидетелей и дополнительных доказательств.

В-четвертых, продление сроков судебного разбирательства создает существенные препятствия для РФ в быстром получении решения и заставляет РФ прикладывать больше интеллектуальных и финансовых усилий для защиты своих интересов, что может создать условия для мировых переговоров”. Россия же хотя и уверена в своей быстрой победе, наверняка осознает, что выполнить постановление суда будет непросто. РФ даже предлагала МВФ включить в программу предоставления финансовой помощи Украине условие об обязательном погашении долга в 3 млрд долл., но в фонде оставались к этим просьбам глухими. Имея все рычаги давления, чтобы заставить Украину выплатить РФ 3 млрд долл., МВФ как никто другой в курсе текущего финансового положения нашей страны и предстоящих нам выплат по другим кредитам (в том числе и самому МВФ).

А значит, его функционеры понимают, что дополнительные 3 млрд долл. Киев может не потянуть. Но и РФ тоже едва ли сможет отобрать зарубежные украинские активы. По крайней мере, в обозримом будущем. “России придется обращаться с заявлениями о принудительном исполнении решения Высокого суда Лондона в суды тех государств, на территории которых есть имущество Украины. При этом важно помнить, что имущество госпредприятий не является имуществом государства. Сложность этого процесса можно увидеть на примере дела “Нога” против России”, ставшего уже хрестоматийным. Швейцарская компания “Нога” так и не смогла получить от РФ присужденные 60 млн долл., хотя неоднократно пыталась взыскать имущество на территории других государств”, — объяснила адвокат юридической компании Juscutum Ксения Проконова.

По общему правилу, для того чтобы исполнить решение иностранного суда на территории другой страны, сначала нужно пройти процедуру признания такого решения и лишь потом наложить взыскание на активы ответчика.

Но госактивы защищены доктриной иммунитета государства. Поэтому для исполнения решения истцу необходимо будет найти имущество Украины, которое бы не было защищено иммунитетом, что является очень сложной задачей. По информации нашего Минфина, все то малое, что имелось, защитили еще год назад. Да и если мы говорим о долге в 3 млрд долл., то вряд ли РФ может рассчитывать получить взыскание в рамках одного исполнительного производства, инициированного в одной юрисдикции. Скорее всего, придется начать сотни таких процессов, на что уйдут годы, если не десятилетия.

То есть вопрос исполнения решения государством скорее политический, чем юридический. Если имущество, на которое можно наложить взыскание, отсутствует, то эффективно заставить государство выполнить решение юридическим путем практически невозможно. Голосеевский районный vs The High Court of Justice Где-то в параллельной реальности Голосеевский суд Киева в августе прошлого года удовлетворил иск переселенки Веригиной о взыскании морального и материального ущерба с РФ как государства-агрессора. В качестве обеспечения иска суд арестовал 3-миллиардный кредит, запретив Кабмину, Минфину, НБУ, Госказначейству и другим госорганам совершать какие-либо действия, связанные с осуществлением платежей по данному кредиту.

Естественно, Веригиной одержать эту беспрецедентную победу помогли. Документы готовила общественная организация “Сила права”, обеспечивающая юридическую поддержку ветеранов АТО и переселенцев из оккупированных Крыма и Донбасса. Сразу после решения суда в организации заявили, что это лишь первый иск из многочисленных. И действительно, решение Голосеевского суда не стало единственным, аналогичные споры были выиграны и в других украинских судах, однако массовыми их не назовешь. А расчет изначально был именно на массовость, в идеале, чтобы к решению Лондонского суда общая сумма компенсаций по удовлетворенным искам пострадавших от российской агрессии составляла 3–3,5 млрд долл.

В “Силе права” заверяют, что в счет российского кредита смогут возместить ущерб, нанесенный 50– 70 тысячам пострадавших от российской агрессии. И искренне считают, что после проигрыша Украиной дела в Лондонском суде смогут добиться выплат для граждан. Но как бы красиво ни звучала фраза о “взыскании с Российской Федерации ущерба”, мы все должны понимать, что платить в конечном итоге будет украинское государство из своего бюджета. Ведь именно оно получало российский кредит, более того, он давно потрачен. И все бы ничего, вот только все вышеизложенное в буквальном смысле связало руки украинским должностным лицам. Ведь в судебных решениях речь идет не только о выплатах, а о “каких-либо действиях”, включая досудебные переговоры, реструктуризацию, канцеляцию и прочее.

Украинский Минфин возмутился и оскорбился, но оспаривать решение Голосеевского суда не стал. И не удивительно, ведь именно ему это решение во многих аспектах выгодно. “Украинская сторона, среди прочего, в качестве аргумента, поясняющего невыполнение обязательств, может использовать наличие вступившего в законную силу определения Голосеевского районного суда. Оно вынесено “Именем Украины”, вступило в законную силу, следовательно, в силу ст. 124 Конституции подлежит обязательному выполнению на территории нашей страны, — считает старший партнер юрфирмы “Ильяшев и Партнеры” Роман Марченко. — Стоить отметить, что государство может принимать самые разнообразные судебные акты на своей территории. При этом определение суда, запрещающее возвращать “долг Януковича”, по целому ряду причин является, как бы выразиться помягче, достаточно смелым. Например, потому что заявление исков против суверенного (хоть и не очень дружественного сегодня) государства регламентируется нормами международного права, которые предусматривают иммунитет от таких требований, за исключением случаев отказа от такого иммунитета, чего РФ не заявляла”. То есть для РФ с точки зрения международного права решение Голосеевского суда Киева является ничтожным, так как были нарушены правила подсудности и нормы международного права. Теоретически РФ может его обжаловать, но подобные действия не последовали и вряд ли последуют.

“Но даже если российская сторона решит обжаловать решение Голосеевского суда, это де-факто будет означать признание юрисдикции украинского суда, — объясняет юрист. — Так что похоже, что запрет на выплату “долга Януковича” останется в силе только “для Украины”.

Интересно, что абсолютно зеркальные действия происходят со стороны Украины в вопросе решения Дорогомиловского суда Москвы, который признал Революцию достоинства и последующую смену власти в Украине государственным переворотом”.

В то же время, по словам юриста, если Высокий суд Лондона, например, вынесет решение о взыскании санкций за несвоевременный возврат “долга Януковича”, Украина может, ссылаясь на определение Голосеевского районного суда Киева, не признавать такое решение на своей территории, обосновывая это нарушением публичного порядка Украины из-за наличия двух взаимоисключающих судебных актов. Нельзя сказать, что Украина и Россия пытались решить спор в досудебном порядке, обе стороны лишь на словах выражали готовность к конструктивному диалогу, но после решения Голосеевского суда любая попытка это сделать грозила бы переговорщикам с нашей стороны лишением свободы от трех до восьми лет. В украинском Минфине голосеевское дело негласно даже назвали сознательной провокацией со стороны РФ. И тут, пожалуй, стоит напомнить об одной особенности английского права — оно всегда ориентируется на достижение договоренностей до суда. Желания и готовности решить вопрос полюбовно, сохранив лицо, ждал от Украины и МВФ. Но была бы такая стратегия выигрышной для нас? Юристы соглашаются, что мирное урегулирование всегда приоритетнее судебных разбирательств. Судебный процесс даже при стопроцентной юридической позиции — риск, так как неизвестно, какое решение может вынести суд. Но в данном случае досудебное урегулирование, предполагавшее договоренности о реструктуризации займа, пусть даже на очень выгодных условиях, обернулось бы для Украины куда большими потерями, чем решение суда не в нашу пользу. “Мирное урегулирование данного вопроса было бы скорее невозможным. Причем речь идет не об экономической природе решения, а о политической.

В текущих обстоятельствах решение о мировом соглашении с РФ может быть расценено как слабость Украины по отношению к РФ, — считают Ирина Назарова и Дмитрий Доненко. — На момент возникновения спора РФ чувствовала себя значительно более уверенно, чем сейчас, как в экономическом, так и в политическом плане. Поэтому урегулирование спора на досудебном этапе, скорее всего, означало бы безоговорочное принятие Украиной позиции РФ”. Получается, что позиция, которую сознательно или под влиянием обстоятельств занял украинский Минфин, — судится и проиграть, на данный момент наиболее выгодная для страны с экономической точки зрения. Конечно, мы понесем серьезные репутационные потери, в очередной раз представ неблагонадежным заемщиком, но инвесторы — не слепые и видят, что нежелание Украины выплачивать РФ “долг Януковича” вполне оправдано. И единственный, кто сможет заставить Украину выплатить 3 млрд долл., — это МВФ.

До сего момента фонд был лоялен, хоть и не переставал напоминать Украине о важности данного вопроса. Чью сторону он займет уже после окончания судебного разбирательства — интрига, разрешение которой во многом будет зависеть от готовности украинского правительства сотрудничать, договариваться и выполнять требования фонда.